rasskazy_o_pisateljakh

Любите ли вы математику? Вопрос не без скрытого ехидства. Любите ли вы математику? Да что там любить! Таблицу умножения? Или непреложную истину о том, что «Пифагоровы штаны на все стороны равны»? Это, правда, несколько веселее, но тоже до настоящей любви не дотягивает…

Владимир Артурович Лёвшин не был похож на своего самого яркого литературного героя — Магистра Рассеянных Наук. Так, во всяком случае, утверждала его соавтор (она же — жена) Эмилия Борисовна Александрова. И всё же любовь к математике явно роднила этих двух магистров — одного настоящего, другого вымышленного. Она была чем-то вроде фамильного носа, который сын унаследовал от отца. Что ещё унаследовал литературный персонаж от своего вполне реального родителя? Любовь к животным, путешествиям и пирожным. И какую-то невероятную тягу к переменам — большим и малым.
Самому Владимиру Артуровичу на перемены везло. Он, сын крупного финансиста, миллионера Артура Борисовича Манасевича, вполне мог рассчитывать на многое, тем более что от природы был наделён самыми разнообразными талантами. Среди этих многочисленных талантов раньше всех, пожалуй, проявился музыкальный. В доме Манасевичей музыка звучала постоянно. «Недурно играла мама, — вспоминал В.А.Лёвшин, спустя годы. — Неплохо  пел папа. Частенько музицировали и приходившие к нам в гости знакомые, среди которых были настоящие профессиональные музыканты». Мировую знаменитость — Якова Хейфеца — Владимир Артурович помнил десятилетним мальчиком, игравшим в их домашних квартетах. А вот самому Владимиру уроки музыки давал Сергей Алексеевич Козловский, будущий знаменитый профессор Московской консерватории. Но музыкальная карьера у юного дарования не сложилась. Прежде всего потому, что в плавное и предсказуемое течение жизни вмешалась История — та, что пишется именно с заглавной буквы. Владимиру не исполнилось и тринадцати лет, когда Октябрьская революция переменила жизнь целой страны, а заодно и его жизнь. Сомнительное, с точки зрения победившего пролетариата, происхождение заставило юношу добывать себе рабочий стаж, без которого в Стране Советов невозможно было даже мечтать о высшем образовании. Лёвшин варил мыло, делал гребёнки, набивал гильзы на табачной фабрике, работал фальцовщиком в типографии. Правда, в параллель этому Владимир успевал ещё учиться в школе ваяния и живописи, быть студийцем Московского Камерного театра. Но в восемнадцать лет, выбирая дальнейшую дорогу, Владимир Артурович почему-то резко поменял направление, предпочтя искусству точные науки. Он поступил в химико-технологический институт им. Д.И.Менделеева. Вскоре стал посещать физико-математические лекции в Московском университете, а заодно подрабатывать, преподавая математику на подготовительных курсах.
С этого, собственно, и началась преподавательская карьера В.А.Лёвшина (к слову, магистр — от лат. magister — учитель). По окончании института Владимир Артурович более сорока лет работал в ведущих вузах столицы, читая лекции по сопротивлению материалов, высшей математике, теории упругости. Одно время даже руководил кафедрой математики МВТУ им. Н.Э.Баумана.
Но то ли всё та же любовь к переменам, то ли не до конца убитый художественный талант постоянно толкали его в какую-то совершенно иную сторону. Он, уважаемый профессор, учёный и преподаватель, писал одноактные пьесы для артистов эстрады, смешные сценки для цирковых клоунов, остроумные стихи к карикатурам и плакатам.
А однажды (в 1953 году) придумал детскую сказку про Кота-хвастуна. Она прозвучала по радио. И даже была записана на пластинку. А чуть позже писатель Львовский заметил Лёвшину: «Вы математик. Вы пишете для детей. Почему бы вам не написать детям о математике?»
Совет был услышан. И в 1964 году увидела свет первая «сказка да не сказка» о числах, их загадках и странностях — «Три дня в Карликании». Она имела успех, а потому недолго оставалась в одиночестве. Вскоре к ней присоединились «Путешествие по Карликании и Аль-Джебре» (1967), «Фрегат капитана Единицы» (1968), «Магистр Рассеянных Наук» (1970), «Великий треугольник, или Странствия, приключения и беседы двух филоматиков» (1974), «В лабиринте чисел» (1977), «Нулик-мореход» (1978).
Многие из этих книг Владимир Артурович написал в соавторстве с Э.Б.Александровой. Рассказывая об их совместной работе, Эмилия Борисовна вспоминала, «как была нуликом», как донимала Лёвшина своими бесконечными «отчего и почему», как они спорили, ссорились и кипятились. Но, в конце концов, на все свои вопросы Нулик получал простые и ясные ответы, а читатели — очередные книги.
Удивительные книги. Почему удивительные? Хотя бы потому, что, читая их, невольно подпадаешь под царственное обаяние самой абстрактной из наук.
Так любите ли вы математику? Не спешите с ответом.

© 2021 Мы гимназисты
Design by vonfio.de

Яндекс.Метрика

Top.Mail.Ru